Письма «сбитого летчика». Что делать? Часть IV

Письма «сбитого летчика». Что делать? Часть IV

Письма «сбитого летчика». Что делать? Часть IV

Сегодня в рубрике «Колумнисты Обрнадзора» мы публикуем очередное письмо ректора Института практического востоковедения Андрея Львовича Федорина. Напомним, что первое письмо, в котором автор делится с коллегами своим опытом прохождения проверок Рособрнадзора, стало настоящим хитом в образовательном сообществе, оно доступно по этой ссылке.

Предлагаем вашему вниманию четвертую статью из цикла «Письма «сбитого летчика» — «Что делать?»

Итак, для начала подведем некий итог всему сказанному в первых трех письмах.

В начале 2000-х гг. на теле образования нашей страны появилась постоянно разрастающаяся опухоль. Сначала она носила доброкачественный характер, присваивая себе некоторое количество энергии и питательных веществ (читай, бюджетного финансирования), откровенно мешалась, требуя от учебных заведений дополнительных затрат и усилий по подготовке многочисленных никому не нужных отчетов и по прохождению абсолютно бессмысленных и насквозь коррумпированных процедур (т.н. «лицензирование» и «аккредитация», не имеющие никакого отношения к реальной ситуации в учебных заведениях и качеству образования, которое можно было в них получить).

Тем не менее, особых проблем эта опухоль не создавала, т.е. заболевание было терпимым. Однако снисходительное отношение к этому явлению российского общества, отсутствие должного профилактического и текущего лечения привело к тому, что опухоль стала злокачественной. Вместо того, чтобы тихо паразитировать на теле образования, как это было раньше, она стала активно его разрушать.

Это выражается в прямом уничтожении или дискредитации вполне самодостаточных, уважаемых и знаменитых государственных и негосударственных вузов, в непрерывных и судорожных «реформах», которые делают жизнь еще не уничтоженных совершенно невыносимой и заведомо наносят ущерб качеству образования в них, в полной ликвидации академических свобод и  свободной конкуренции, в стремлении осуществить прямое и непосредственное мелочное вмешательство в работу каждого учебного заведения, в присвоении себе незаконного права «вершителя судеб»: определения, кто «хороший», а кто «плохой». Создается впечатление, что псевдо-руководители нашего образования ставят перед собой задачу создать абсолютно одинаковые образовательные конвейеры, полностью лишенные всякой самостоятельности, обучающие мало (не более 27 академических часов в неделю) и плохо.

В чем причина такой ситуации, почему внешне вроде бы вполне вменяемые люди взяли на себя столь разрушительную миссию?

Ответ на этот вопрос, на мой взгляд, достаточно прост. Вспомним, во сколько обходились государству ранее выпускные кампании в средних школах и приемные кампании в вузах? Ноль рублей и ноль копеек. Их организация входила в служебные обязанности работников школ и вузов, и какой-то дополнительной платы за это никто не получал. Во сколько эти компании обходятся сейчас? Я не в курсе бюджета нашей раковой опухоли, но, безусловно, он исчисляется миллиардами рублей, в этом процессе задействованы тысячи работников, заняты огромные площади по всей стране, которые вполне можно было бы использовать «в мирных целях» (например, для организации конкретной образовательной деятельности). И это отнюдь не кормление бездельников. Вовсе даже нет. Большинство сотрудников этой раковой опухоли активны, как сперматозоиды, они постоянно что-то придумывают, меняют, реформирует, снуют по стране в бесконечных командировках, изобретают самые изысканные и неожиданные новые и новые требования к вузам, которые становятся все более «бессмысленными и беспощадными» и которые все сложнее и сложнее выполнить.

При этом вполне приветствуется откровенное вранье в отчетах, когда якобы «документарно» устанавливается и подтверждается совершенно абсурдные формы выполнения этих идиотских установлений. Снять физкультурный зал по соседству ну никак нельзя, а вот провозгласить физкультурным залом собственный подвал с крысами без раздевалок и душевых можно, предоставив документы о якобы купленных матах и тренажерах. Получается, как  в известном анекдоте: «Почему у вас труп в багажнике? Вот свидетельство о смерти и справка из больницы… А почему у трупа паяльник в одном месте. Вот завещание с последней волей усопшего…».

Раковая опухоль содержится за наш с вами счет, поскольку все расходы на нее проходят в бюджете страны, как расходы на образование. Судя по всему, именно на нее уходят все те мизерные повышения этих расходов, которые мы имеем ежегодно. А ведь это не только и даже не столько зарплата ни кому не нужного персонала и оплата текущих расходов, включая многомиллионные траты на PR, чтобы заткнуть золотым кляпом рот средствам массовой информации. Это еще и многочисленные «госзакупки», стоимость которых только в этом году, по данным сайта обрнадзор.рф, превысили 6 млрд. рублей. Кто знаком с ситуацией в этой области вполне понимает, что при таких «госзакупках» никакие взятки уже не нужны, более того, даже опасны, поскольку подвергают риску основной источник доходов.

Что же в такой ситуации делать нам, старым и немодным консерваторам, продолжающим печься если и не об улучшении, то хотя бы о сохранении остатков того, что было хорошего в нашем высшем образовании? На мой взгляд, выхода два: плюнуть на все, обидеться и уйти из этой сферы, понаблюдав со стороны, как процесс уничтожения нашего образования уже очень скоро дойдет до вполне предсказуемого и логического конца, или продолжать бороться, несмотря на чудовищное давление, фантастический стресс и отсутствием какой-либо надежды на помощь и содействие любых государственных организаций (я попробовал все: суд, прокуратуру, администрацию президента, депутатские запросы, поверьте, опухоли никто не указ).

Я пойму тех людей, которые выберут первый путь, поскольку и сам неоднократно задумывался о том же. Но я выбираю борьбу. Не может же общество быть полностью иррациональным, не могут же люди, включая наших руководителей, не понимать, к чему это все уже приводит и приведет, в конце концов? Это тем более вероятно, что события последнего года все больше заставляют власть имущих задумываться, а все ли мы делаем правильно, когда бездумно руководствуемся западными (читай, американскими) рецептами и наработками во всех областях, включая образование и здравоохранение, не пришла ли пора все это как-то переосмыслить? Ведь ни для кого не секрет, что реформа образования в РФ началась на деньги Всемирного банка… Поэтому  я буду исходить из того, что голос разума все-таки возобладает над тем безумием, которое творится сейчас.

Так что же все-таки делать? Объединяться и бороться! Кто-то скажет, что мы вроде бы уже объединены? Ведь существует же ассоциация негосударственных вузов России (АНВУЗ)? Не думаю, что эта организация может быть чем-то полезна в вопросе, который мы сейчас обсуждаем. Она уже давно стала проводником требований и решений опухоли, фактически ее структурным подразделением. Она всегда являлась лишь инструментом выполнения чужих решений и права своих членов никоим образом не защищала и не собирается защищать в дальнейшем. Пока опухоль была доброкачественной, это не имело принципиального значения. Но в новых условиях роль ассоциации стала вполне зловещей. АНВУЗ преобразился в того козла на мясокомбинате, который с веселым блеянием ведет за собой стадо коров. Он прекрасно знает, что в последнюю минуту ему откроют боковую калитку, а вот его спутники прямиком попадут в убойный цех.

Так что нам нужно совсем новая, независимая организация, которая будет самым активным образом бороться против незаконных и нерациональных решений и действий правительственных учреждений, рассматривать атаку на любого из своих членов, как на атаку на всех. Организация эта, безусловно, должна быть закрытой и принимать в свои ряды только те учебные заведения, которые, по оценке настоящих экспертов (а не автомехаников и кинокритиков из Рособрнадзора), действительно являются достойными и дают качественное образование.

И последнее, о чем я хотел бы сказать в этой части своего опуса.

Уважаемые коллеги «проверенных» и «проверяемых» вузов! Не бойтесь! Не надейтесь, что миролюбивым и толерантным отношением, уступками и терпением вы возбудите в своих палачах  какое-то сочувствие, и проблема сама собой решится. Поверьте моему опыту, опыту вуза, к которому до этого никогда не было никаких претензий, у которого никогда не было никаких филиалов и представительств, который вел только дневное очное образование с платой за обучение в 170 тыс. рублей в год. Бороться надо начинать с самого начала, немедленно оспаривая в судах и в заявлениях в прокуратуру любые решения и действия, которые вы сочтете незаконными. Поверьте, бандиты, как правило, трусливы, и если встречают жесткое сопротивление, то зачастую склонны отступить, тем более, что в данном случае здесь нет ничего личного, это лишь задание обезумевшего руководства. И, наоборот, вид беззащитной ни на что не способной жертвы вводит их в раж, позволяет им использовать самые изысканные незаконные меры и приемы, потому что они уверенны в своей абсолютной безнаказанности. Своим сопротивлением вы, возможно, спасете жизнь нескольким другим ни в чем не повинным вузам, на которых у агрессора не хватит ни сил, ни времени.

С уважением,

Ректор Негосударственного образовательного учреждения
высшего профессионального образования
«Институт практического востоковедения»,
доктор исторических наук
А.Л.Федорин

Письма «сбитого летчика». Что делать? Часть IV was last modified: Декабрь 16th, 2014 by Движение Обрнадзор
Опубликовано в Колумнисты Обрнадзора и отмечено , , , , , , .